У музыки нет национальности

Это высказывание я не знаю, где и когда прочитала, но оно прочно засело в моей голове. Почему я выбрала именно его в качестве титра статьи – тоже не знаю, ведь речь пойдет совсем не о музыке. Впрочем и не о национализме тоже, хотя… у каждого своя призма ума, так что мои слова могут понять двояко, но не моя в этом вина, не так ли?

Этой весной я устроилась на работу в качестве aide à domicile.

Это своего рода помощница по дому для пожилых людей и с инвалидностью, в обязанности которой входит

  • Приготовление еды + помыть посуду;
  • Уборка квартиры + вынести мусор;
  • Покупки в близлежащем магазине – обычно это продукты и кое-что из объектов первой необходимости;
  • Стирка. Понятно, что машина это делает, но заложить белье и потом развесить – тут без человека никак;
  • Глажка белья. Оказывается, здесь во Франции, не каждая помощница по дому это делает. Из-за банального неумения это делать. Да-да, не удивляйтесь.
  • Возможно: сопровождение на прогулку или в любые административно-медицинские инстанции.

И еще куча мелких действий, которые клиент сам не может сделать в силу возраста или инвалидности. Например, вскрыть почту, полить цветы, почистить серебро (да, даже такое приходилось) или люстру, даже настроить телевизор или помочь разобраться в новшествах телефона.

К слову: подписывая рабочий контракт, я видела пункт о неразглашении личной информации клиентов, но если я буду говорить в целом, не называя имен и деталей, — то ничего страшного, не так ли? Мне так хочется донести до вас то, что я чувствую. То, что утвердилось во мне за эти несколько месяцев общения с моими старичками.

Все они – разных национальностей

Среди них есть типичные эльзасцы – это не французы в обычном понимании, а скорее смесь 50/50, где примешано много от немцев. Есть старушка-испанка, о которой я уже писала, женщина из Туниса, из Израиля, старичок-негр из сердца Африки, уже три года покидающий свою квартиру  не чаще раз в месяц – с визитом к доктору, так как прикован к инвалидному креслу.

Есть старичок в доме престарелых, к которому я прихожу дважды в неделю убрать-постирать. Да, вот такие есть дома престарелых, где никакого сервиса нет- точнее бесплатного: кушать в столовой – платите отдельно, уборку – платите отдельно, стирка – сами пожалуйста, на первом этаже прачечная. Но не об этом сейчас. Старичок-эльзасец с синими от варикоза ногами и дрожащими руками по-детски улыбается, когда я прихожу. Больше никого у меня нет, — говорит. Это при живой дочери и сыне, которые живут в другом городе. Мы говорим иногда о том-сем, и он постоянно, по-доброму смеется с моего акцента.

Другому старичку больше 80, жена после инсульта почти не встает с кровати, так как конкретно обижена на свою жизнь, — поэтому весьма недружелюбна. Особенно на мужа, на плечи которого лег непосильный груз не только его старости, но и ее болезни. Он безропотно и улыбчиво несет тягости, только иногда, почти тайком жалуется мне на то, как же он устал он ее негативного отношения. И как радуется тем дням, когда я прихожу убирать их квартиру. Когда я протерла мутные от пыли люстры, он удивленно сказал: — Этого никто до вас не делал. Никогда.

На что я сказала, подмигнув: — Всегда бывает первый раз! – зная, что он очень нуждается в глотке свежего воздуха. Даже в таком формате.

Мигрантка из Туниса научила меня некоторым премудростям глажки белья и какие моющие средства лучше использовать, как проще и быстрее делать то и это – когда-то она сама работала, как я, а теперь вот… борется с раком. Буквально на следующий день нашего знакомства она рассказала мне историю своей жизни, а также многое о том, как это – «у них там».

Другая женщина из богатой семьи борется тоже с раком, — причем с разными побочными серьезными осложнениями – каждый день может быть для нее последний. Я вижу ее Душу – настолько заблокированную разными комплексами и страхами, что она не решилась НИКОГДА выйти замуж и родить ребенка – вообще жить с кем-то… Но при этом она так искренне заботится обо всех, кто соприкасается с ней по жизни.

А еще месье Б. С которым мы часто ведем задушевные разговоры о жизни, о Боге, о том, какое оно сейчас, человечество, почему и откуда все началось… Он очень помог мне в одно время, когда был сложный переломный момент в сознании. Знаете, я тогда в полноте эмоций обняла его со всей силы в знак благодарности. Дедушку 70 лет, прикованного к креслу и с полупарализованными руками. Знаете, что он мне сказал?

 Нет, не сразу, а на следующий день.

НИКТО

НИКОГДА

Этого не делал для него.

Вот так просто по-человечески обнять.

Человек был женат трижды. Четверо детей. А вот такое…

— Я понял, что не зря оказался в инвалидном кресле. Иначе мы бы не встретились и я бы не получил этот опыт. И я благодарен Богу за это.

Осознаете это мышление? Насколько этот Человек выше всех нас вместе взятых?

И вот теперь к музыке

Музыка не имеет национальности. А еще – доброта человеческая тоже. Понимание. Сердечность. Отзывчивость и внимательность. Умение слышать, а не просто слушать. И вникать. Как и желание делиться эмоциями с тем, кто «слышит и понимает». А еще – оптимизм, ведь каждый из них понимает, что осталось совсем не много. Особенно на фоне боли и лекарств. И пофигизма медиков.

Я общаюсь с людьми разных национальностей – но все они солидарны в своих открытых сердцах, полных света. В силу возраста, болезней или жизненного опыта? Я не знаю. Но почему так мало таких людей там, выше по соц.лестнице?! Да вообще, среди коренного населения, которые ничего труднее экзаменов в университет не видели.

Неужели именно трудности делают людей Людьми? Или надо самому стать мигрантом, чтобы на свой шкуре прочувствовать как это оно, чтобы потом своим теплом обогревать других в их трудностях…

Не знаю. Но очень благодарна каждому, с кем контактирую с процессе работы.

За песни испанки на ее родном языке – она плачет от боли, но поет в ответ на мое «мы же оптимисты не смотря ни на что».

За уроки духовности месье Б.

За рецепт тунисского супа, полученный в процессе чистки орехов. Между рассказом о том, что рак распространяется по ее позвоночнику, а ей так хотелось поехать в отпуск в Тунис и отвезти родным грецких орехов, — так как там они очень дорогие.

За «salut ma belle ».

За баночку малинового варенья, от которой я не посмела отказаться – я видела как ей было архи-важно поделиться и услышать, что la confiture était manifique!

За доверие месье С. – хотя его характер вообще не подразумевает жаловаться и делиться чем-то личным, — но иногда это так важно!

Каждый этот человечек забирает себе мой кусочек сердца. Но может только так мы обретаем Целостность Мира?

Добавить комментарий

Please log in using one of these methods to post your comment:

Логотип WordPress.com

Для комментария используется ваша учётная запись WordPress.com. Выход /  Изменить )

Фотография Twitter

Для комментария используется ваша учётная запись Twitter. Выход /  Изменить )

Фотография Facebook

Для комментария используется ваша учётная запись Facebook. Выход /  Изменить )

Connecting to %s